Андрей Макаревич — Народный артист России, лидер группы «Машина времени»

ЦИТАТЫ:
«Вообще все хорошее, как правило, пишется быстро.»
«Если я вижу хороший лист бумаги, справа и слева лежат всевозможные материалы для рисования и живописи — просто руку протяни, мне уже хочется этот лист «испортить».» 

«Во все времена, сколько бы я песен ни писал, я никогда ни на что не прицеливался. Что вот эту я напишу для взрослых, а вот эту для молодых, но умных, а вот эту для молодых и глупых. Упаси, господь. Я писал, чтобы мне самому нравилось. Чтобы сыграть и подумать, а как вышло? Вот и все. А дальше, кому нравится, кому не нравится — это уже ваше дело.»

ИНТЕРВЬЮ:

УТРЕННЕЕ ШОУ: Утреца всем добрейшего, друзья!

УТРЕННЕЕ ШОУ: С добрым утром!

УТРЕННЕЕ ШОУ: Граждане, если вы еще не проснулись, сделайте это моментально. Во-первых, пятница сегодня. А во-вторых у нас сегодня в гостях Андрей Макаревич. Да, вот так вот запросто Народный артист Российской Федерации. Я хочу сказать, художественный руководитель рок-группы «Машина времени»!

Макаревич: Я хочу сказать, что вы зря пугаете слушателей словом «утрецо». Потому что утрецо было у меня два с половиной часа назад, когда я выехал из дома, чтобы попасть к вам вовремя. У меня уже полдень.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Тогда доброго полдня! «Машине времени» стукнуло 50 лет! Ты в курсе, да?

Макаревич: Слышал, говорили об этом. Я не верю, конечно.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Придется проверить, потому что 29 числа по этому поводу с твоим знаменитым коллективом будет выступление юбилейно-праздничное.

Макаревич: Понятно.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Дальше сам.

Макаревич: Насколько я слышал, будет это происходить на стадионе «Спартак Арена», который все заочно хвалили, хотя я пока там сам ни разу не был. Мне сказали, что он не самый огромный, но очень уютный, современный и там все должно быть великолепно.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Ну нормально, несколько десятков тысяч человек.

Макаревич: 30 тысяч. Но это не 60 как в «Лужниках». Все на свете относительно.

УТРЕННЕЕ ШОУ: В принципе, тоже прилично.

Макаревич: Я надеюсь, все к нам пойдут. Советую сегодня вечером как следует выпить за то, чтобы в этот день была хорошая погода и с неба не лилась вода. Трибуны накрыты, но все равно.

УТРЕННЕЕ ШОУ: А какие там фантастик-сюрпризы? Там будет что-то хорошо забытое старое?

Макаревич: Какой же это будет сюрприз, если о нем сообщают заранее?

УТРЕННЕЕ ШОУ: Они хотя бы будут?

Макаревич: Я думаю, наше появление на сцене — уже сюрприз.

УТРЕННЕЕ ШОУ: У меня такое ощущение, что это правда для Андрея Макаревича — новость.

(смеются)

УТРЕННЕЕ ШОУ: А сколько длился самый длинный концерт на вашей памяти, в вашей практике?

Макаревич: Пять лет… назад…

(смеются)

Макаревич: Нет, когда мы играли в «Лужниках» наше 45-летие, мы решили сыграть 45 песен. Затея была отчаянная, даже на грани безумия. Но мы сыграли.

УТРЕННЕЕ ШОУ: По времени это сколько?

Макаревич: Три с чем-то часа.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Песня «Не стоит прогибаться под изменчивый мир» написана тобою в Соединенных Штатах Америки. В электричке.

Макаревич: Это правда.

УТРЕННЕЕ ШОУ: А куда ты ехал и почему в электричке?

Макаревич: Я ехал к своей старшенькой на вручение ей диплома по поводу окончания колледжа.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Звезды же не ездят в метро. А в электричке ездят?

Макаревич: Машины у меня не было, да и я очень торопился. Я прилетел совершенно неожиданно для себя фактически на один день.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Касательно песни, Америка навеяла или домашняя заготовка?

Макаревич: У меня была дикая радость оттого, что, казалось бы, непреодолимые обстоятельства были, а я взял и прилетел, несмотря ни на что. И ужасно был собой доволен и горд, за дочку радовался. Вот из этого все и сложилось.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Это в одночасье родилось произведение?

Макаревич: Ну да. Вообще все хорошее, как правило, пишется быстро.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Запомнил или записывал?

Макаревич: У меня был блокнотик с собой.

УТРЕННЕЕ ШОУ: А в московском метро вас можно встретить?

Макаревич: Только если я куда-то безнадежно опаздываю.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Это бывает на самом деле?

Макаревич: Редко, но бывает.

УТРЕННЕЕ ШОУ: А песни пишутся?

Макаревич: Там нет. Я смотрю на часы, понимаю, что кого-то могу подвести, съемка какая-нибудь, не дай бог. Пару раз было такое не так давно. В метро никто не узнает.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Да ладно?!

Макаревич: Чисто психологический момент. Настолько людям не приходит в голову, что это возможно, что они тебя и не ассоциируют. Ну, похож чувак на Макаревича. Надо же, бывает какое сходство.

УТРЕННЕЕ ШОУ: А стесняются подойти спросить, вы или нет?

Макаревич: Не, нас никто не стесняется. Как в Одессе из-за спины подходят: «Или я ошибся…»

(смеются)

УТРЕННЕЕ ШОУ: Вы, кстати, творили на знаменитой студии «Abbey Road», она всемирно известная, где «Beatles» творили. Там «Машина времени» записала свой альбом «Time machine». А там что-нибудь от «Beatles» ощущается, что они там были?

Макаревич: Ощущается.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Может, какие-то артефакты?

Макаревич: Во второй студии, где они больше всего работали, там совершенно особый воздух, потому что с тех пор там…

УТРЕННЕЕ ШОУ: …не проветрили (шутка-самосмейка).

Макаревич: Там не делают ремонт. Там не вбит ни один гвоздь.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Вау!

Макаревич: Там все осталось так, как было в 63 году. Это действует очень здорово. Старые софиты, старые стены, старые микрофонные стойки. Очень похоже, помнишь был такой ГДРЗ, только она выглядит так же примерно. Там атмосфера. Там блестяще работают люди, вот, что важно. Туда просто так не попадают.

УТРЕННЕЕ ШОУ: А как вы-то туда?

Макаревич: А это просто. Надо записаться в очередь. Утереть пот со лба, поняв, сколько это стоит. Это дорого. И заплатить.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Очень большая очередь?

Макаревич: Тогда была около года… Сейчас, может быть, и больше.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Во второй студии, где «Beatles» работали, там записывать что-то можно?

Макаревич: Мы именно там и писались. Это рабочее абсолютно место.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Там мандраж какой-то?

Макаревич: Он проходит очень быстро, как только работать начинаешь. У меня мой товарищ каскадер, который заикался очень сильно. Он уехал в Америку и вдруг оттуда звонит, и разговаривает нормально. Я его спрашиваю: «А ты чего не заикаешься больше?» Он говорит: «Дорого очень».

(смеются)

Макаревич: Такая же история.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Кстати, Андрей, наши школьники отгуляли выпускной. Со вчерашней, получается, на сегодняшнюю ночь. Кое-какие персонажи еще с утра…

УТРЕННЕЕ ШОУ: Пьяные по городу ходят…

УТРЕННЕЕ ШОУ: Встречались. Я ехал сегодня на машине утром в районе 6 утра, еще шатаются.

Макаревич: Такие бледные призраки.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Босиком по мостовой.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Ты свой выпускной вечер помнишь?

Макаревич: Какие-то эпизоды помню достаточно ярко.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Это, я так понимаю, до открытия портфеля.

Макаревич: Портфель периодически открывался. Сначала в сортире, потом в автобусе. Нас куда-то везли. Нас почему-то возили к памятнику Зои Космодемьянской под Наро-Фоминск. Непонятно, почему туда. Наверное, чтобы не бухали, где попало. А оттуда мы приехали на Красную площадь. Было уже утро. Мы уже были настолько измучены чувствами и выпившими, что Красная площадь почти вышла из памяти.

УТРЕННЕЕ ШОУ: А вручение аттестатов? Торжественная часть.

Макаревич: Ну, чего может быть торжественного в школе? Ну, раздали эти книжечки.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Может, концерт был? Выступали?

Макаревич: Что-то было. Но мы не играли на нашем выпускном, это точно совершенно.

УТРЕННЕЕ ШОУ: А вообще класс дружный был?

Макаревич: Хороший, да.

УТРЕННЕЕ ШОУ: А встречались потом после школы?

Макаревич: Какое-то время встречались, потом стали реже и реже. А сейчас я вижу, собственно, одного Юру Борзова, с которым мы «Машину времени» и придумали вместе.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Помимо того, что я перечислил… Не помню, говорил ли про тебя, что ты художник? А ведь ты художник. И художник в принципе-то довольно серьезный. Выставки персональные. Рисуешь на холсте, дерево…

Макаревич: Да что под рукой…

УТРЕННЕЕ ШОУ: Практически на всем! И картины-то с фишечкой, скажем так.

Макаревич: Спасибо за комплимент, если фишечка — это комплимент.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Я хотел узнать, как ты настраиваешься на рисование? Сюжет где берешь?

Макаревич: Пушкин сказал гениальную фразу. Он сказал, что вдохновение — это умение приводить себя в рабочее состояние.

УТРЕННЕЕ ШОУ: А ты чем приводишь себя в рабочее состояние?

Макаревич: Если я вижу хороший лист бумаги, справа и слева лежат всевозможные материалы для рисования и живописи — просто руку протяни, мне уже хочется этот лист «испортить».

УТРЕННЕЕ ШОУ: Меня все-таки интересует сюжет. Матрос украл у чайки яйцо.

(смеются)

УТРЕННЕЕ ШОУ: Это в здравом уме написано?

Макаревич: Абсолютно. Ты не помнишь, был какой-то детский рассказ про то, как какой-то орнитолог с каким-то мальчиком, они на острове сидят, наблюдают там жизнь птиц водоплавающих. И не пришел катер, потому что был шторм, им нечего есть. И мальчик, по-моему, украл яйцо из гнезда. И орнитолог выписал ему такое! У меня с детства этот рассказ особенный. Выбор нравственный такой: от голода умереть или…?

УТРЕННЕЕ ШОУ: Матрос не умер!

УТРЕННЕЕ ШОУ: Что легче дается: песня хорошая или достойная картина?

Макаревич: А как я сравню? Я не знаю. По душе, когда получается. А когда не получается — не по душе.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Ну что, ребят, у нас обещанного три года не ждут. Мы обещали несколько минут назад, что дадим возможность поговорить с Андреем Вадимовичем Макаревичем, который у нас сегодня в гостях. Пожалуйста, держим слово!

УТРЕННЕЕ ШОУ: Дозвонилась нам Инна из Московской области. Инна, здравствуйте!

Инна: Здравствуйте!

УТРЕННЕЕ ШОУ: Как вам повезло, вот вам Андрей Макаревич.

Макаревич: Сидит как живой.

(смеются)

УТРЕННЕЕ ШОУ: Главный машинист!

УТРЕННЕЕ ШОУ: Получается, что так!

Макаревич: Привет!

Инна: Андрей Вадимович, на ваших песнях выросло несколько поколений. Если вы пишите новую песню, то пишите ее для молодых людей или для взрослых, более опытных тоже?

УТРЕННЕЕ ШОУ: Ух, как в корень зрит!

Макаревич: Во все времена, сколько бы я песен ни писал, я никогда ни на что не прицеливался. Что вот эту я напишу для взрослых, а вот эту для молодых, но умных, а вот эту для молодых и глупых. Упаси, господь. Я писал, чтобы мне самому нравилось. Чтобы сыграть и подумать, а как вышло? Вот и все. А дальше, кому нравится, кому не нравится — это уже ваше дело.

УТРЕННЕЕ ШОУ: А во время работы советы со стороны коллег воспринимаешь?

Макаревич: Это не советы. Мы доводим все сообща. У нас абсолютно здесь равное право голоса. Поэтому очень часто меняется до неузнаваемости история. В процессе аранжировки. Единственное, что можно разозлиться, понять, что ты идиот, что они правы.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Вы говорите, чтобы писать, нужно, чтобы самому нравилось. А бывало такое, что вам песня совершенно не зашла, а публика была в восторге?

Макаревич: А если мне не зашла, мы ее не играем.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Билет-то еще можно купить на мероприятие?

Макаревич: Я не бегаю по кассам каждый день. Мы сейчас были заняты важными делами. Вот к вам пришел в гости. Я надеюсь, что на танцпол наверняка еще есть места. 30 тысяч мест. Должны быть.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Ну, Москва — большой город! «Машина времени» — как не пойти на юбилейный концерт!

УТРЕННЕЕ ШОУ: А ты помнишь концерт, который ты посетил в первый раз? На кого ходил?

Макаревич: Это были «Скоморохи». Александр Градский был, Александр Лерман, Шахназаров Юрка и Юра Фокин за барабанами. Надо сказать, что только у нас был в Москве японский усилитель гитарный. Поэтому у нас его все просили. А за это можно было вместе с усилителем пойти и на концерт, на великую группу.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Так ты не платил за билет?

Макаревич: Нет, мы с усилителем наперевес поехали в Физтех, Долгопрудный. И я был совершенно размазан, конечно. Мне потом не хотелось два дня ни петь, ни играть.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Такой уровень серьезный показали «Скоморохи»?

Макаревич: Они невероятные были.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Ну чего, у тебя есть усилитель? Может, на концерт бесплатно попадем?

Макаревич: У меня он остался с тех пор.

УТРЕННЕЕ ШОУ: Мы тебе слабитель привезем!

(смеются)

21.06.2019

Добавить комментарий